Как проходит занятие ABA: что делает инструктор и зачем

До того, как ребёнок вошёл в кабинет

Занятие начинается раньше самого занятия. Инструктор открывает данные прошлого раза и смотрит, где ребёнок остановился: какая цель пошла, какая стоит третью встречу, где пришлось добавить подсказку. Из этого собирается план на сегодня — обычно несколько целей, из которых одна-две новые, остальные на повторение и удержание. Материалы раскладываются в том порядке, в котором они понадобятся: пауза, во время которой взрослый роется в шкафу, — это потерянная минута и потерянный контакт.

• На столе только то, что нужно прямо сейчас: лишние предметы конкурируют с заданием.
• Рядом — то, что сегодня работает как подкрепление, но вне свободного доступа.
• Бланк данных или планшет — под рукой, чтобы записывать сразу, а не по памяти в конце.
• Готова визуальная опора, если ребёнок ею пользуется: расписание занятия, карточки, таймер.
• Продуман запасной вариант: что делать, если ребёнок пришёл после плохой ночи.

Первые минуты: зачем взрослый ничего не требует

Первое, что делает инструктор, — не требует. Он даёт доступ к приятному просто так: включает любимую игру, подаёт мыльные пузыри, качает, дурачится. На профессиональном языке это называется пэйрингом, или парованием: специалист связывает себя с хорошим, чтобы его появление не означало «сейчас начнётся работа». Если пропустить этот этап, ребёнок довольно быстро выучит, что взрослый в этом кабинете — источник требований, и начнёт избегать его ещё в коридоре.

Это не потерянное время ещё по одной причине. В эти минуты инструктор проверяет, что сегодня вообще ценно. Батут, на который ребёнок бежал вчера, сегодня может не интересовать совсем — выспался, наигрался, надоело. Программа, построенная на вчерашнем подкреплении, в такой день просто не поедет, и лучше узнать об этом в первые пять минут, чем на середине новой цели.

Из чего собраны 45 минут

Дальше идёт каркас занятия. Он не одинаков у всех: у двух-трёхлетнего ребёнка почти всё проходит на полу и в игре, стол появляется гораздо позже и ненадолго; в ESDM работа целиком встроена в игру и бытовые рутины. Но логика последовательности сохраняется: сначала контакт, потом лёгкое и быстрое, потом трудное, потом перенос в естественную ситуацию.

Трудное не ставят в начало и не оставляют на конец. В начале ребёнок ещё не включился, в конце уже израсходован, и в обоих случаях новая цель получит незаслуженно плохие данные. Поэтому самый ресурсный кусок занятия отдают тому, что осваивается впервые, а вокруг него выкладывают знакомое — как подушку.

Подсказка и план её исчезновения

На занятии вы увидите, что взрослый часто помогает ребёнку сразу, не дожидаясь ошибки. Это выглядит странно — «он же не сам сделал», — но смысл в другом. Ошибка тоже запоминается, а ребёнок с небольшим опытом успеха после двух-трёх неудач просто выходит из работы: отворачивается, сползает, начинает кричать. Поэтому новый шаг вводят так, чтобы он получился с первого раза, а самостоятельность добирают потом, убирая помощь по плану.

План сворачивания составляют заранее: от полной физической помощи к лёгкому касанию локтя, затем к жесту, затем к паузе, в которую ребёнок успевает ответить сам. Если подсказку не убирать, вырастает не навык, а привычка ждать помощи, и именно отсюда берётся частая жалоба: «на занятии делает, дома и в саду — нет». В бланке поэтому отмечают не только «получилось», но и с какой помощью.

Зачем всё время что-то записывать

Записи — не отчётность для родителя и не формальность. Это единственный способ отличить настоящее продвижение от впечатления. Ребёнок сегодня в хорошем настроении, инструктор устал, родителю очень хочется увидеть результат — все три обстоятельства искажают память об одном и том же занятии. Цифры не искажают. Считают обычно долю самостоятельных ответов, число подсказок и их вид, частоту нежелательного поведения и длительность эпизодов.

• «Дай» без подсказки: 4 пробы из 10 — так выглядит обычная строчка в бланке.
• Просьба о перерыве: 2 раза за занятие, обе по карточке.
• Отказ от задания: 3 эпизода, самый длинный около минуты.
• Надевание куртки: 5 шагов из 7 самостоятельно, на двух — жестовая подсказка.

На встрече с куратором обсуждают именно эти линии. Цель, которая держится на одном уровне третью неделю, — сигнал, что шаг слишком крупный или подсказка неподходящая; цель, где самостоятельность дошла до критерия, закрывают и берут следующую. Разговор «мне кажется, стало лучше» такой работы не заменяет.

Что делает инструктор, когда ребёнок отказывается

Отказ — это сообщение, и первым делом его читают: трудно, скучно, устал, не понял инструкцию, хочет другое, болит. Действие зависит от ответа. Уступить в момент крика — научить кричать, потому что крик отменил задание. Давить и «дожимать» — научить бояться и заодно испортить контакт, на восстановление которого потом уйдут недели. Поэтому чаще всего требование снижают до выполнимого, дают закончить лёгкое — и уже после этого делают перерыв, который ребёнок как бы получает за работу, а не за срыв.

• Облегчить шаг: вместо «надень куртку» — «просунь вторую руку».
• Добавить подсказку, чтобы получилось с первого раза.
• Сменить материал или позу: за столом не идёт — переходят на пол.
• Дать выбор из двух вариантов, оба из которых устраивают взрослого.
• Научить просить перерыв — словом, жестом или карточкой — и честно его давать.

Если отказы повторяются занятие за занятием, дело не в характере ребёнка, а в том, как собрана программа: слишком крупный шаг, неподходящее подкрепление, нет способа сказать «хватит». Это разбирают с куратором, а не пережидают.

Куратор и последние пять минут

Инструктор и куратор делают разную работу. Инструктор ведёт занятие: проводит пробы, даёт и убирает подсказки, записывает данные. Куратор отвечает за содержание программы — какие цели взяты и в каком порядке, по каким критериям они считаются освоенными, что делать при отказе, когда пора менять шаг. Он смотрит данные, приходит на занятия, переписывает цели и обучает инструктора. Поэтому сопровождение оплачивается отдельно: 6 000 ₽ в месяц за программу и 9 000 ₽ в месяц за сопровождение по ESDM. Это не наценка на занятия, а вторая половина работы.

Последние пять минут отведены вам. Их задача — передать домой не десять рекомендаций, а одно конкретное действие: что повторять, как выглядит правильный ответ, какую подсказку давать и чего не делать. Одно действие, повторённое дома десять раз за неделю, даёт больше, чем десять рекомендаций, выполненных по разу. Если вам не показали, а рассказали словами, просите показать — и снимайте на телефон, это нормальная практика.